logo




О казаках из Красноармейского района, нашедших последний приют на острове Лемносе

О казаках из Красноармейского района, нашедших последний приют на острове Лемносе

Нет сегодня точной цифры, сколько казаков из Полтавской, Ивановской, Староджерелиевской, Старонижестеблиевской и других станиц бежали от красного террора в 20-х годах прошлого века и рассеялись по всему свету. Некоторые  скупые данные можно найти лишь в отдельных источниках, к примеру, в книге Леонида Решетникова «Русский Лемнос». Ее принес в редакцию газеты полтавский предприниматель Игорь Проворов. В этом издании есть сведения о казаках-эмигрантах из нашего района, попавших на греческий остров Лемнос, который для сотен людей стал местом последнего приюта.

Игорь Проворов рассказал и о судьбе своих двоюродных дедов, воевавших в Гражданскую за белых. Дед Илья Карпенко – уроженец станицы Петровской Славянского района и второй дед – Яков Цыганок из станицы Гривенской Калининского района – в 20-х годах сгинули, казалось, бесследно.

Но потом случилось чудо, информация о них нашлась: об одном – в девяностые годы прошлого века, о другом – в 2004-м. Вот что узнал о них полтавчанин.

В Гражданскую войну Илье Карпенко суждено было попасть в Белую армию. Семнадцатилетнего парнишку из станицы Петровской «забрили», не спрашивая, за какую идею он хотел бы повоевать, да и вообще – хотел ли…

Не успел новобранец понюхать пороху, как в противостоянии выявился победитель, врангелевцы же поспешили покинуть Родину. Их война была проиграна. На чужбину подался и молодой хлопец, так как товарищи по оружию твердо говорили: «Надо уезжать. Пощады не будет никому…»

Пароход с беглецами из России причалил к христианскому болгарскому берегу. Илье повезло еще больше. Пока решались организационные вопросы по приему военных эмигрантов, он скрылся. Помыкавшись в безлюдных местах, вышел на посадку кукурузы, начал жадно есть поспевающие початки и был пойман хозяином поля. Делать нечего: Илья рассказал о себе. Старый болгарин оказался милосердным. Привел в селение и, сообщив соседям, что этот юноша – его приемный сын, оставил жить у себя.

Несколько раз беглец встречал пароходы из России в надежде, что среди вновь прибывших окажется земляк, и он узнает что-либо о семье.  Однажды такая встреча состоялась, но… Лучше б ее вовсе не было. Казак из Петровской сообщил ему, что его отца с матерью расстреляли красные. За сына, то есть за Илью, который воевал против Советов.

С этой тяжелой ношей вины Илья Карпенко прожил до 1944 года. Во время освобождения Болгарии он, уже немолодым человеком, воевал с фашистами в ополчении. Когда отряд болгар встретился с регулярными частями Красной армии, Карпенко нашел среди освободителей его новой родины петровчанина. Оказалось, что известие о гибели родителей – чудовищная ошибка, они живы и здоровы. Но, конечно, это не означало, что Илья Карпенко тут же отправился в СССР. Родина для него будет закрыта еще долго. А когда долгожданный час пробьет, он по состоянию здоровья не сможет тронуться в далекий путь. В станицу Петровскую приедут уже его дети и внуки.

Родня из Петровской ахнула, когда на пороге их дома оказались гости из Болгарии. Это была непередаваемая словами встреча, во время которой и стали известны рассказанные выше подробности жизни на чужбине деда Ильи.

Его величество случай

О другом двоюродной дедушке – Якове Цыганке –  ничего не было известно вплоть до 2004 года. И вот однажды троюродному брату Игоря Проворова Вячеславу Шульге, казаку из станицы Гривенской, попала в руки тоненькая книжица. Как потом выяснилось, это было первое издание литературно-исторического исследования «Русский Лемнос» Леонида Решетникова, в котором рассказывалось, в каких неимоверно трудных условиях жили беженцы из России на греческом острове.

Вячеслав раскрыл книгу, что называется, наугад, и вот ведь Его величество случай – на глаза тут же попалась фамилия Цыганок. Он стал лихорадочно вчитываться: да, все так и есть, это сгинувший без следа Яков, двоюродный дед Игоря Проворова по линии отца.

В разделе, где были перечислены те, кто не пережил поселения на острове и кого здесь же захоронили, Шульга прочел следующее: «Цыганок Яков Алексеевич, 1894-11.04.1921. Станица Гривенская, Кубанская область. Участник Первой мировой войны в 3-й сотне 11-го  Кубанского пластунского батальона. В октябре 1914 г. награжден Георгиевским крестом за успешную разведку и бой с австрийцами 08.06.1915 под селением Баламутовка. В годы гражданской войны сражался с красными. В Крыму и на Лемносе – в Кубанском техническом полку».

Еще полистав книгу, Вячеслав нашел упоминание и о своем пропавшем без вести деде – Иване Шульге. Так же, как и Цыганок, он упокоился на чужбине – на Лемносе.

Последний приют

Фото Игоря Проворова

Вот как описывает жизнь казаков-эмигрантов  на греческом острове автор исследования Леонид Решетников. Лемнос – это камни, скупая растительность, редкие селения. И ветер. С осени до весны с моря почти беспрестанно дует. В первой партии прибывших на остров беженцев были раненые белогвардейцы, семьи офицеров, другие гражданские лица, решившие, что турецкий или какой-нибудь другой берег – для них спасение. Расселением их сначала занималось военное ведомство англичан, затем французов. Но и в том, и в другом случае союзническая ответственность была минимальной. Палаточные лагеря продувались ветрами, пайка не хватало насытиться даже ребенку, не то что взрослому человеку. Было катастрофически мало лекарств. Тиф, скарлатина, корь, воспаление легких, туберкулез косили людей без разбора: аристократ ты, ребенок, баронесса или просто с простреленной грудью казак.

Через Лемнос прошло 24 тысячи кубанских, донских и астраханских казаков. Большинство из них позже разметало по белу свету. Около восьми тысяч в 1921 году вернулись в Россию в надежде на прощение, но попали либо в лагеря, либо на принудительные работы и впоследствии были репрессированы. А для 390 беглецов остров стал их последним приютом.

Исполнительный директор общества развития русского исторического просвещения «Двуглавый орел», а в прошлом директор Российского института стратегических исследований Леонид Решетников написал книгу об этой трагедии. В ней собраны сведения о том, как беженцы налаживали быт, поддерживали боевой дух и дисциплину. Среди многочисленных примеров стойкости – тот факт, что при лагерях в обязательном порядке были палаточные церкви, кубанцы открыли детскую школу и даже военное училище. В Кубанский инфекционный госпиталь французское военное ведомство отправляло на излечение даже своих военнослужащих.

Удивительно и то, что в 1921 году казачьи полки провели парад в честь прибывшего на остров лидера Белого движения на Юге России барона Врангеля. Они до последнего оставались верны присяге.

 …После 80-летнего забвения русское кладбище на Лемносе отыскали сотрудники посольства России в Греции Артур Ростомов, Алексей Попов и автор книги «Русский Лемнос» Леонид Решетников. Началась кропотливая работа по восстановлению имен соотечественников, почивших на скалистом острове, наведению порядка на погосте. На пожертвования здесь установили величественный мемориал.

…В этом году гривенская родня собрала Игоря Проворова в дорогу с наказом отвезти на могилу прадеда Якова Цыганка кубанской землицы. Проворова включили в состав делегации общества «Двуглавый орел», отбывающей в Грецию. Но, увы. Пограничная служба в аэропорту  Домодедово воспрепятствовала этому «в связи с имеющимся временным ограничением на выезд, наложенным Красноармейским РОСП».

Потом разобрались: ограничение было ошибкой, его отменили, но поездка-то сорвалась…

Теперь Игорь Проворов строит планы на следующий год, который отмечен печальной датой: 100-летием лемносовской трагедии.

Найдутся ли родственники?

Поименный список казаков из станиц нынешнего Красноармейского района, эмигрировавших на остров Лемнос, опубликованный в книге Леонида Решетникова «Русский Лемнос». Большинство из них там и были похоронены в 1921 году.

1

Бурак (Буряк) Емельян, 1865-30.01.1921. Станица Староджерелиевская, Кубанской области. Вахмистр, в 1906 году – атаман родной станицы. Участник борьбы с большевиками. На Лемносе – санитар 2-го Кубанского госпиталя. На острове был с сыном Степаном, 1904 г.р., который после смерти отца перебрался в Югославию и умер в Белграде в декабре 1937 года.


2

Дегтерев (Дехтерев) Константин Алексеевич, 1859-02.01.1921. Из станицы Полтавской Кубанской области. В русской армии в Крыму – фельдшер в 4-м Кубанском стрелковом полку. На Лемносе был санитаром в 1-м (инфекционном) Кубанском госпитале.


3

Кирпо (Кирло) Василий (Иванович?), 24.03.1921. Станица Староджерелиевская, Кубанской области. Старший урядник Кубанского казачьего корпуса. В боях в Крыму был ранен. Эвакуирован из Севастополя 01.11.1920 на пароходе «Ялта».


4

Крикливый Козьма Иванович, 1869-10.02.1921. Станица Полтавская, Кубанской области, из казачьей семьи. Титулярный советник. В 1908-1917 годах – пристав 1-й части управления полиции г. Екатеринодара, до декабря 1910 – коллежский регистратор, затем губернский  секретарь, с мая 1913 г. – коллежский секретарь. В январе 1917 г. повышен до титулярного советника со стажем с сентября 1916 года. В октябре 1916 г. награжден орденом св. Анны 3-й ст. В 1919 году – чиновник военного ведомства, заведующий оружием 1-го Таманского казачьего полка. На Лемносе – в Кубанском беженском батальоне.


5

Перерва (Перезва) Алексей (Васильевич?), 1904-31.05.1921. Станица Староджерелиевская,  Кубанской области. 4-й Кубанский стрелковый полк.


6

Радченко Иван Степанович, 1890-19.02.1921. Станица Старонижестеблиевская Кубанской области. Казак, из семьи приказного оружейного мастера. Учитель начальной школы станицы Славянской (1910-1911 г.). Участник Первой мировой войны в 10-м Кубанском пластунском батальоне. Урядник. Награжден Георгиевским крестом 4-й степени за то, что в ночь с 16 на 17 июня 1915 г., находясь в разведке, захватил троих австрийских солдат и доставил их к командиру батальона. В последующем был ранен в бою. В гражданскую войну воевал на стороне Белой армии. На Лемносе – в 4-м Кубанском стрелковом полку.


7

Стратий Прасковья Стефановна, 21.03.1921. Дочь казака Стратия Стефана Никифоровича из станицы Староджерелиевской Таманского отдела Кубанской области. После Лемноса Стефан Стратий жил в эмиграции в югославском городе Бор. В 1930-е годы входил в состав местной казачьей станицы, был членом ревизионной комиссии правления. В Сербии у него родились два сына – Василий и Николай, которые учились в Первом русском кадетском корпусе. Умер С.Н.Стратий не ранее 1944 года.


8

Супрун Петр Варфоломеевич (Тимофеевич), 01.08.1898-02.03.1921. Станица Полтавская Кубанской области. Казак. Участник Первой мировой войны. В гражданскую войну – урядник Кубанского артиллерийского дивизиона.
На Лемносе, в Кубанском беженском лагере, в январе 1921 г. находились Федор (1905 г.р.) и Кирилл (1904 г.р.) Супруны из станицы Роговской.


9

Тимошенко Никифор (Данилович?), 1872-27.02.1921. Станица Ивановская, Кубанской области. Казак. Кубанский беженский батальон.


10

Шкурко (Шкурка) Михаил Фотиевич, около 1884-1921 г. Станица Ивановская Кубанской области. Казак. Участник Первой мировой войны. 5-й Кубанский стрелковый полк.



Сергей Базалук




Короткая ссылка на новость: http://ruskazaki.ru/~mh4NQ